Главная   Теория   Практика   Публикации   Контакты  

Внутренние стили Китая


Д.А.Артемьев

    Исторически сложилось так, что Китай являлся центром духовной и культурной жизни для остальных окружавших его стран дальневосточного региона: Японии, Кореи, Вьетнама, в определенной степени Тибета и других сопредельных образований разных эпох. Письменность и духовные учения, социальный уклад и ценности – все это копировалось и переосмыслялось на периферии, часто приобретая свою национальную окраску. То же происходило и с воинскими искусствами, которые распространялись из Китая на сопредельные территории.
    Именно благодаря этим «копиям» запад узнал о существовании восточных единоборств. Однако продвигаясь от периферии к центру, от Японии к Окинаве, от Вьетнама к югу, а от Кореи к северу Китая в своих исследованиях западный человек оказался не готовым к восприятию внутренней, глубинной составляющей этих воинских искусств.
    Если на периферии разработанные для массовости школы системно и логически разбирали технику и где-то вдали касались «работы сознания, подобного Луне и воде», то в китайской традиции уже с самого начала ученик должен был готов к целостному, нераздельному восприятию зачастую «хаотичного»(по западному восприятию) обучения, что ставило необходимым соответствие не столько «пониманию» процесса, сколько его следованию. А следование это происходило у китайца не от «головы» , а от воспитания в соответствующей среде с рождения. Социальная модель отношений младшие-старшие была законом для соответствующих отношений и в школе воинского искусства, духовные ценности даосизма и чань-буддизма проникали в ученика естественным образом через тренинги, содержащие понятия, образы и принципы этих учений. Таким образом достигалось единение общего и частного, культурных ценностей общества и внутренних устремлений человека.
    Однако для западного человека «переступить через себя» в поисках некой «мифической внутренней работы» было невероятно, что и привело ныне к тому, что именно периферийные школы (японские, корейские, вьетнамские и т.п.) расцвели на западе буйным цветом, тогда как исходные базовые стили Китая не практикуются. Дело осложнило и «революционное преобразование» КНР в области ушу. Были созданы многочисленные «танцевальные» комплексы ушу-спорта с одной стороны и профилактическая гимнастика тайцзи для массового оздоровления населения в парках по утрам с другой. Закрытые школы внутренней работы были заменены слепленными на скорую руку гимнастиками цигун, которые используя подобные изначальным понятия уже вконец спутали всю картину, переведя обучение на массовость и поток.
    Распространившиеся же пародии на школы гунфу обычно кроме названия не имеют ничего общего с настоящими в Китае, а потому, как правило, проигрывают представителям некитайских школ и напоминают более клоунаду, нежели воинское искусство. Это привело к известному пренебрежительному отношению представителей других БИ к «гимнастике ушу». Непонимание базовых принципов заставляет многих поклонников китайских БИ искать их эффективность, создавая гибриды с западными видами спорта или японскими, корейскими и т.п. единоборствами.
    Однако в глубинке благодаря стабильности традиционных ценностей еще сохраняются настоящие школы воинских искусств и внутренней работы, обучение в которых включает в себя полную систему, а значит и возможность соответствующих достижений. Прежде чем перейти к интересующим нас внутренним стилям ушу, рассмотрим кратко общую классификацию таковых.
    Прежде всего стили Китая делятся на внутренние и внешние. Непонимание базовых принципов привело в последнее время к тому, что некомпетентные исследователи стали приравнивать внутренние стили к внешним, утверждая что и там, и там «используется ци» . Если бы они хотя бы удосужились просмотреть традиционные источники, то к обнаружили бы, что устройство человека не столь «железобетонно», как им кажется на первый взгляд, что существует достаточно много видов ци и работа с разными из них, дает ,как правило, разный результат. Такое отличие часто проводится в традиционных трактатах, о чем конечно «исследователям» неведомо. Единственно, с чем необходимо согласится, это с тем, что в конечном счете носителем мастерства является человек и само понятие «внутренний стиль» вовсе не является показателем преимущества в плане определения. Показателем преимущества является непосредственно наработанное самим человеком мастерство, что, однако, вовсе не уравнивает внутренние и внешние стили, как по методике, так и возможным достижениям. В конечном счете все решает практика .
    Итак, внешние школы Китая. Прежде всего они разделяются по категориям северные – южные. Различие заключается в исходной базовой модели функционирования организма. Но не в явной манере, как это выглядит во внутренних. Базовые модели – даосизм для севера и буддизм для юга на поверхностный взгляд неразличимы для непрофессионала и могут восприниматься лишь как термины внутренней проработки (даньтянь, малый небесный круг и т.п) или образы (кулак архата, бессмертный указывает путь). Что однако не исключает такого неявного влияния, ведь термины были произведены в соответствующих системах с определенным значением и выражением, а значит такая скрытая опора существует.
    Однако вторая сторона внешних стилей – практическая, обычно является доминантой. И действительно, пребывая зачастую в «народе» система часто теряла изрядную часть внутренних тренингов, зато обрастала формами, что приводило зачастую к тому, что в итоге в каком-нибудь стиле существовало несколько десятков форм. Эти процессы «разложения внутреннего» и «размножения внешнего» и дали то, что мы имеем сегодня как «внешние стили» – обилие внешних техник и форм, пайдагун (набивка тела), некоторые тренинги для проработки силы и зачастую в конце один-два метода развития даньтяня, дающийся как откровение. Тогда как во внутренних стилях это базовый уровень проработки.
    Тем не менее, не стоит недооценивать внешние школы Китая, потому как в плане динамики тела и хитростей тренировки усилия им нет равных по естественности среди прочих дальневосточных разновидностей. Однако такая свобода дорого стоит и потому процесс обучения гораздо более трудоемкий и длительный, нежели соответствующий в прямолинейных и «клапанообразных» новомодных образованиях.
    Исследования показывают, что даже на уровне внешних стилей перемещение на периферию приводило к утрате внутреннего содержания и наполнению формы своим субстратом, как это было например, с окинавско-японским «кимэ» и «хара-тандэном» , заменившим соответствующую проработку даньтяня в системе южных школ…
    Итак, как мы уже говорили, внешние школы Китая по базовой проработке можно разделить на северные и южные. Однако, следует уточнить, что с ростом технологий возможность контактов и миграции населения приводит к заимствованию методов и сегодня зачастую уже можно встретить такие «совмещенные» образования. Синкретизм, веротерпимость и практичность всегда были присущими китайской цивилизации, и потому уже в древности происходило подобное взаимодействие. Но сегодня процессы усилились многократно. В этом есть свои плюсы и минусы, но это факт.
    Теперь непосредственно о внутренних школах. Они являются квинтэссенцией воинских искусств Китая прежде всего из-за целостной и всесторонней внутренней проработки. Если во внешних школах эти элементы присутствуют как отдельные понятия и тренинги, чаще всего затрагивающие базовый уровень, то во внутренних – это целостная система, проработанный Путь, который включает в себя кроме собственно воинского мастерства, еще и всестороннее развитие человека, его духовную трансформацию. Именно в этом и состоит уникальность внутренних стилей Китая. Они полностью базируются на исходных системах даосизма и чань-буддизма и потому, соответствующая практика содержит в себе возможность реализации соответствующих практик и состояний. Означает ли это «непрактичность» внутренних стилей и уход в «созерцательность Дао»? Нет, это заблуждение западного понимания внутренних стилей. Ведь в них требуется не столько «думать и осознавать», сколько практиковать. А потому соответствующие достижения достигаются трудом, а не созерцанием умозрительного. Исследования показывают, что мастера внутренних стилей добивались побед с представителями других школ и примеры такого искусства были настолько ошеломительными, что вокруг них создавались легенды. Для практики вовсе не обязательно было замуровываться в пещере, занятия органично сплетались с жизнью. Более того, многие мастера внутренних школ зачастую связывали свою профессию с охраной караванов и телохранительством, что говорит само за себя. И, тем не менее, это не мешало им в своих трактатах описывать ту внутреннюю реальность практики, которая была доминантой их жизни и судьбы.
    Будучи целостными системами совершенствования человека, внутренние школы естественно требовали гораздо больше времени на проработку как внутренних , так и связи внутренних и внешних аспектов, что приводило к тенденции сокращения формальной содержательной обучения. Так Чэнь Чансин сократил формы до двух в тайцзицюань, многие мастера синъицюань говорили о достаточности практики Усин, наконец Ван Сянчжай одно время вообще упразднил тренировку форм, сделав акцент на внутренние тренинги.
    Мощное воздействие внутренних систем в плане оздоровления привело к их популяризации именно как систем восстановления здоровья. Однако такое, фрагментарное изучение привело к утрате множества важнейших составляющих и в конечном счете к созданию упрощенных систем профилактической гимнастики. Особенно это коснулось упрощенной гимнастики тайцзи и оздоровительного цигун, которые благодаря волне гонконгско-малазийских эмигрантов распространились на западе под видом традиции под лозунгами «мировых центров Дао» и школ «супраментального слияния с вибрациями во Вселенной» . Естественно, что в таких новообразованиях практически ничего от прародителей не осталось и новые проповедники были вынуждены заменить четкую систему древней традиции собственными откровениями о «фасциях и мембранах», «космических слияниях», «просветлениях» и т.п. Регулярно стали проводится соревнования и чемпионаты по « внутренним искусствам» , ничего общего с китайскими внутренними школами не имеющие, где покачивающиеся фигурки с вялыми сонными движениями провозглашались «мастерами и грандмастерами», с соответствующим апломбом и фантазиями.С другой стороны в КНР с утратой традиционного понимания распространились лозунги о необходимости «научного подхода и связи науки с цигун» и неконтролируемо расплодились шарлатаны, создающие свои наспех составленные «древнейшие системы». Все это привело к тому, что несмотря на обилие самой разнообразной надуманной информации о реальном содержании внутренних школ Китая знают единицы.
При перепечатке материалов как целиком, так и их части ставьте ссылку на наш сайт!
За разрешением перепечатки обращайтесь, пожалуйста, к нам.